Городская среда, экология, жилищно-коммунальное хозяйство – это те сферы, в которых часто сталкиваются интересы обычных жителей, властей и бизнеса. Когда люди чувствуют себя ущемленными, они создают общественные движения в защиту своих прав, которые действуют с разной степенью эффективности.

Для создания подобного движения требуется объединяющая идея, при этом желательно, чтобы его участников очень конкретно «достали» те, против кого они выступают. Люди должны основательно разозлиться, чтобы им захотелось свое свободное время посвящать борьбе. Ведь даже для того, чтобы в одном доме собрать жильцов и поменять зарвавшуюся управляющую компанию, требуется приложить невероятные усилия - все работают, всем некогда, у всех дела.

Тем не менее общественных движений возникает все больше. Они имеют разный срок жизни. Например, создаются под конкретный «проект», скажем, чтобы не допустить незаконного строительства или вырубки деревьев рядом с домом. Когда люди добиваются цели (и такие примеры в Москве есть, один из них - с подачи жильцов района Раменки строительство многофункционального комплекса на улице Дружбы рядом с жилым домом было официально признано точечной застройкой), то эта локальная организация жителей перестает, как правило, существовать.

А вот более масштабные объединения живут дольше и тоже достигают ощутимых результатов. Например, Архнадзор, который занимается защитой исторической застройки Москвы, начал сотрудничать с властью: его руководство вошло в состав городской комиссии по градостроительной деятельности в охранных зонах и достопримечательных местах. Кстати, на прошлой неделе с подачи активистов Архнадзора в Москве было решено не сносить круговое депо Николаевской железной дороги на Комсомольской площади, а признать его памятником регионального значения, что и сделал Департамент культурного наследия Москвы. («Круговое депо в Москве признали объектом культурного наследия»; «Архнадзор просит Путина спасти депо на Комсомольской площади в Москве».)

«Это знак нового времени, которое наступило в Москве. Это новая политика города в отношении историко-культурного наследия», - высказался по этому поводу один из ведущих столичных экспертов, заместитель генерального директора музеев Московского Кремля Андрей Баталов.

Другой пример – движение в защиту Химкинского леса. Его организаторы добились того, что проект прокладки дороги Москва - Санкт-Петербург рассматривали многочисленные эксперты по указанию президента Дмитрия Медведева. Увы, окончательное решение было не в пользу экологов «из народа». Тем не менее внимание всей страны к этой проблеме привлечено, протестный опыт получен, и движение самораспускаться, похоже, не собирается и даже и координирует сегодня действия экологических движений по всей России.

Относиться к подобным явлениям можно по-разному. Большинство из этих движений действительно защищают людей от произвола. Порой вызывает недоумение, когда на фоне народного недовольства выступает какой-нибудь общественный деятель ради единственной цели – покрасоваться перед толпой. Еще чаще случается, что люди создают объединение против какой-нибудь явной несправедливости, тратят силы и время, но ничего не добиваются – сталкиваются с глухой стеной. Как к таким народным движениям относятся москвичи - об этом «Журнал о недвижимости MetrInfo.Ru» поговорил с жителями Москвы.

«Знаете ли вы о существовании различных гражданских движений в защиту парков, памятников архитектуры?»

Как вы можете видеть из приведенной ниже диаграммы:

• - практически две трети участников опроса (67,3%) знают о подобных движениях;
• - одна треть – 32,7% - не в курсе, что такие объединения существуют.

Далее мы хотели выяснить, как люди к ним относятся - как к нужным и полезным для жизни в городе или считают их пиаром для политиков, которые пытаются использовать общественные настроения в свою пользу.

Вот как разложились голоса людей:

• - половина опрошенных москвичей – 52,5% - считают такие движения полезными;
• - бессмысленными назвали их 8,9% участников опроса;
• - пиар для политиков - так охарактеризовали общественные движения 6,9% респондентов;
• - «это и то, и другое», - заявили 3%;
• - сбор денег – так «заклеймил» данное явление 1%;
• - затруднились с ответом 27,7%.

Респонденты объяснили нам, почему они так думают. Вот что по этому поводу говорят сторонники общественных движений – москвичи, которые считают их полезными (52,5%).

По наблюдениям горожан, гражданские движения очень часто защищают экологию, а это жизненно важно для населения мегаполиса: «мы живем рядом, парк «Кусково» в ужасном состоянии. Нужно говорить об этом»; «как детей растить без лесов и природы?»; «лес надо защищать, мы его сажали. А вы, молодежь, его захламили. Пусть хоть кто-то за него бороться будет»; «это экология, это важно»; «у нас сейчас цветочки летом, красиво это, хорошо»; «ну это же природа. Как без нее»; «нужно чем-то дышать».

Во-вторых, участники опроса полагают, что, только объединившись, граждане могут привлечь внимание властей к острым проблемам: «если мы будем молчать, то ничего хорошего не будет, а так, может, начальство услышит»; «наши правители, что задумали, то и сделали. Но, может, хоть как-то обратят внимание»; «когда поднимается большая шумиха, то наши правители начинают прислушиваться»; «люди выходят и заставляют власть себя услышать»; «хоть какое-то воздействие на политиков, на власть».

Респонденты, считающие общественные движения бесполезными (таковых 8,9%), заявили, что цели их участники обычно не добиваются: «собрались и разошлись»; «им ничего не дадут сделать в нашей стране, как решили, так и сделают»; «это мало действует на политиков»; «эффективность подобных мероприятий очень низкая».

Сторонники той точки зрения, что движения работают на пиар определенных личностей (6,9%), также уверены в том, что громкие выступления артистов и политиков не дают результатов: «думаю, что можно все решить за столом переговоров, а не концерты устраивать»; «сколько парков вырубают, строят дорогие коттеджи в лесах, почему там не митингуют? Это все политика»; «все, что связано с акциями, - на пользу политикам»; «там много людей только выступало, а конкретно ничего не делалось».

Те, кто считает эти движения одновременно и полезными (3%), и пиаром для политиков, отмечали двойственность проблемы: «я думаю, что тут и то и другое, но польза от этого точно есть, люди знают о проблемах, о них не замалчивают»; «наверное, есть и честные люди, которые посвящают себя этому делу, тогда это полезно, а политики как всегда тут как тут».

Совсем небольшое количество участников (1%), которые назвали общественные объединения мошной для сбора денег, пригвоздили их организаторов так: «отрабатывают гранты».
Затруднившиеся с ответом (27,7%) говорили, что слишком мало знают о таких движениях, поэтому сказать ничего определенного не могут.

Затем мы выясняли, приходилось ли москвичам принимать участие в подобных движениях?
Оказалось, что гражданская активность москвичей пока что невысокая:

• - 96% участников опроса не участвовали протестных в митингах и общественных движениях;
• - 4% оказались участниками подобных акций.

Ну и в заключение опроса мы попросили активных москвичей рассказать нам, что же они защищали и каких результатов им удалось добиться: «молодежное движение, мы выступали за улучшение нашего района. Думаю, нас услышали»; «это было давно, в студенческие годы, но результата наши выступления не имели»; «у нас стали вырубать деревья, мы сразу пошли в администрацию, и сейчас вырубка прекратилась, деревья посадили».

Вывод: москвичи в принципе поддерживают правозащитные движения, но пока еще не готовы принимать в них участие. Видимо, действительно, нужно, чтобы человека довели до белого каления, чтобы он начал активно протестовать. С другой стороны, получается, что жизнь в Москве и вправду более-менее сносная, раз протестная аудитория имеет столь низкий процент.

Данные журнал www.metrinfo.ru получил с помощью телефонного опроса, проведенного по репрезентативной выборке. Она позволяет отразить мнение населения столь угодно большого города и выдержать соотношение по полу и возрасту респондентов в зависимости от численности населения в округах Москвы. В опросе участвовали жители города трудоспособного возраста.